В этом году исполняется 30 лет с момента принятия Евразийской патентной конвенции. О развитии патентной системы в евразийском пространстве в интервью РАПСИ рассказал Президент Евразийского патентного ведомства (ЕАПВ) Григорий Ивлиев.


− Как Вы видите эволюцию евразийской патентной системы? В чем ее сильные стороны?

− С 1994 года наша организация прошла большой путь развития, нам есть чем гордиться. 

Одной из основных причин создания Евразийской патентной организации (ЕАПО) было то, что почти во всех независимых государствах, образовавшихся после распада СССР, отсутствовали возможности по предоставлению охраны ИС. Для экспертизы заявок на изобретения не было ни поисковых фондов патентной информации, ни квалифицированных патентных экспертов.

Сегодня в каждой из стран-членов ЕАПО действуют собственные патентные системы, работают национальные патентные ведомства. При этом ЕАПО продолжает стабильно работать и развиваться. Это связано с тем, что евразийская патентная система востребована со стороны бизнес-сообщества. Региональный инструмент правовой охраны сокращает торгово-экономические барьеры, связанные с территориальным характером прав ИС. Общее патентное пространство актуально еще и потому, что 5 из 8 стран ЕАПО являются членами Евразийского экономического союза с его пространством «четырех свобод». Евразийская система является оптимальным вариантом для тех, кому нужна охрана, охватывающая сразу несколько стран. 

Протокол об охране промышленных образцов к ЕАПК, который расширил мандат организации, был подписан 5 лет назад. С 1 июня 2022 года ЕАПВ принимает заявки на регистрацию промышленных образцов. Система сохранила все преимущества централизованной процедуры получения охраны. Она находится в стадии развития, но за непродолжительное время география заявителей расширилась до 26 стран.

В 2022 году начали работу в качестве Международного поискового органа и Органа международной предварительной экспертизы в рамках Договора о патентной кооперации (РСТ). Для нас это историческое событие – признание высокого уровня качества экспертизы и работы ведомства.

− Соответствует ли она современным потребностям пользователей? Какие направления развития регулирования Вы можете выделить?

− Принципиально евразийская патентная система в современных условиях – хороший инструмент для бизнеса. Система отличается большой гибкостью. Евразийский патент действует после выдачи во всех государствах-членах без дополнительных валидаций и переводов. Наша простая и экономичная процедура требует подачи всего одной заявки на русском языке и уплата одного набора пошлин. Поддерживать патент на изобретение в силе можно только в тех странах, которые представляют бизнес-интерес.

Важный и позитивный тренд: евразийскую систему стали чаще выбирать для патентования граждане стран-участниц ЕАПО. В 2023 году мы зафиксировали рост патентной активности от них более чем на 20%. Причем мы видим рост не только от россиян (+21%). Больше евразийских заявок на изобретения стали подавать граждане Беларуси (+21%), Казахстана (+49%).

По промобразцам динамика тоже положительная. В 2023 году мы зафиксировали значительный рост (больше 60%) количества заявок от граждан стран ЕАПО.

Существенное обстоятельство − качество евразийского патента. Евразийская патентная организация является самостоятельной межправительственной организацией. У нас есть возможность привлекать лучших специалистов из всех государств-членов. Решение по каждому патенту принимается коллегиями, состоящими из экспертов, которые представляют разные страны. 

Тем не менее есть еще большой потенциал в части расширения количества региональных объектов ИС: единый евразийский товарный знак и единая евразийская полезная модель могут стать прорывным решением для бизнеса. Для бизнеса актуальна система регистрации с ведомством − «единым окном» для администрирования системы.

− Как Вы видите роль права ИС в развитии технологического суверенитета России?

− Право ИС − одна из фундаментальных основ развития инновации и технологий. Именно патентование дает возможность закрепить на мировом уровне приоритет и блокировать использование технологий третьими лицами. Поэтому патентование – неотъемлемый элемент технологического суверенитета и инструмент защиты национальных интересов.

Патентование позволяет:

• беспрепятственно внедрять научно-технические достижения,

• поощрять и стимулировать инноваторов (через систему распоряжения правами, лицензирование),

• выступать в международном технологическом обмене на равных условиях.

− Повлияли ли западные санкции на сферу ИС? 

− Патентная экспертиза не подверглась никаким изменениям. Несмотря на множественные спекуляции, могу с уверенностью заявить, что мы продолжаем в полном объеме выполнять свои обязательства перед заявителями и правообладателями из любых стран в строгом соответствии с международными договорами, регулирующими охрану ИС. 

Мое глубокое убеждение, с которым я неоднократно выступал на международных площадках, заключается в том, что система ИС должна оставаться исключительно в правовом поле. Любые дискриминационные меры в сфере ИС имеют деструктивный характер и провоцируют правовую неопределенность. 

− Право ИС и цифровая среда. Успевает ли патентное регулирование адаптироваться к новым цифровым условиям? Какие шаги еще впереди?

− Право ИС – довольно консервативная и стабильная отрасль. Фундаментальные основы международного регулирования патентного права были заложены еще в конце XIX века – тогда были приняты базовые конвенции: Парижская конвенция по промышленной собственности (1883) и Бернская конвенция по защите авторских прав (1886).

Несмотря на существенную эволюцию института ИС и взрывной рост ценности нематериальных активов, базовые принципы правового регулирования остались неизменными: национальный режим, право приоритета, общие правила и стандарты.

В то же время в праве ИС остаются архаизмы, которые мешают наладить современную модель взаимодействия с разработчиками.

«Отстающие» правосознание и правопонимание − универсальная проблема для всех ведомств, в том числе для евразийского региона.

Например, в некоторых странах законодательство не предусматривает обмена электронными копиями приоритетных документов или использования 3D-технологий. Любой продвинутый инжиниринговый центр уже давно проектирует решения в трехмерном формате. 

И в Роспатенте, и в ЕАПВ инициировали внесение изменений в нормативные акты, чтобы создать возможность подачи материалов заявки в 3D-формате и выдавать патенты в электронном виде.

Еще один информационный сервис, который продвигаем на разных площадках – Евразийский фармреестр. 

ЕАПВ уже создало этот ресурс для защиты прав производителей оригинальных лекарственных средств. Работаем над тем, чтобы сведения из Евразийского фармреестра признавались в качестве официальных источников информации в государствах-членах.

Развиваем проекты для формирования общего информационно-экспертного пространства. Эта работа нацелена прежде всего на гармонизацию подходов и практик проведения экспертизы на евразийском пространстве. 

Национальные и евразийские патенты действуют на территории стран параллельно, поэтому общие подходы помогают избежать коллизий и спорных ситуаций.

− Какова статистика по подаче возражений на решения ЕАПВ? Какие тренды вы видите?

− Количество возражений исчисляется единицами. В 2023 году в ЕАПВ поступило 9 возражений по процедуре административного аннулирования евразийского патента на изобретение и 1 апелляция по результатам рассмотрения возражения. Количество выросло по сравнению с 2022 годом (1 возражение). Это может быть связано с ростом интереса к евразийской патентной системе в целом и увеличением срока для подачи возражений. Поступившие возражения касаются евразийских патентов, которые принадлежат юридическим и физическим лицам Российской Федерации (40%), США (20%), Республики Беларусь (20%), Турецкой Республики (10%), а также Королевства Швеции (10%).

Осознаем преимущества централизованного оспаривания решений, поэтому в прошлом году продлили срок для подачи возражений по административной процедуре до 3 лет. 

Из 2 рассмотренных в 2023 году возражений: 

• один евразийский патент аннулирован полностью (основанием для удовлетворения возражения по изобретательскому уровню послужили источники, которые отсутствовали в международном отчете о поиске). Решение обжаловано путем подачи апелляции, которая будет рассмотрена в 2024 году;

• один евразийский патент продолжил свое действие в измененной форме.

В 2023 году в ЕАПВ впервые начали поступать возражения по процедуре административного аннулирования евразийского патента на промышленный образец. В 2023 году было подано 12 таких возражений. Из 9 рассмотренных возражений 8 было удовлетворено, что составляет 88,9%, при этом одно возражение отклонено. 

Сейчас евразийский патент, выданный международной организацией, признается недействительным национальными ведомствами или судами. Это значит, что в государствах могут возникнуть случаи неединообразного применения норм региональных международных договоров. Как показывает практика, евразийские патенты оспариваются в основном на территориях трех государств – России, Беларуси и Казахстана.

Так, в Российской Федерации в течение 2023 года в Суде по патентным правам и Президиуме Суда по патентным правам находились на рассмотрении споры по 6 евразийским патентам на изобретения. Все патенты касались фармацевтики. 

При этом имеются случаи, когда по возражениям, поданным одним и тем же лицом, основанным на одних и тех же релевантных документах из уровня техники, по одному и тому же патенту принимаются различные решения.

Был пересмотрен подход ЕАПО в отношении евразийских патентов, оспариваемых по национальной процедуре. Введена практика участия нашей организации в административных и судебных процессах в государствах-членах ЕАПО, где оспариваются решения ЕАПВ. Мы намерены подтверждать качество работы евразийских экспертов и качество наших решений, гарантирующее всем патентовладельцам и заявителям надежную правовую охрану их интеллектуальных прав.

Мы видим востребованность единой судебной юрисдикции и создания евразийского арбитража для централизованного рассмотрения споров в сфере ИС.