Иск "Приватбанка" к Коломойскому на $1,9 млрд подлежит разбирательству в Англии
Апелляционный суд Лондона подтвердил компетенцию английского суда для проведения разбирательства по иску «Приватбанка» к экс-владельцам финансовой организации Игорю Коломойскому и Геннадию Боголюбову.
Требования бывших работников "Крошнштадского морского завода" законны — ЕСПЧ
Европейский суд по правам человека постановил выплатить компенсации бывшим работникам государственного предприятия "Кронштадский морской завод" (КМЗ) в связи с невыплатой заработной платы в 2008 году.
В США защита россиянина требует для него медпомощи и доступа к материалам дела
Адвокат содержащегося под стражей в США по обвинениям в совершении кибермошенничества на сумму в 1,5 миллиона долларов Антона Богданова потребовал от суда обязать руководство учреждения предварительного заключения обеспечить гражданину РФ медицинскую помощь и возможность ознакомления с собранными против него доказательствами.
В СЕ призвали оценить риски цифровизации системы уголовного правосудия
Интеграция цифровых технологий в систему отправления уголовного правосудия без надлежащей предварительной правовой экспертизы создает риск подрыва независимости судей и усиления дискриминационных предрассудков.
<>
Главные новости
ВС: аффилированный кредитор не вправе ссылаться на отсутствие сведений о должнике
Кредитор, связанный с бывшим участником должника и обладающий потенциальным доступом к корпоративной информации, не может рассчитывать на облегченный стандарт доказывания при привлечении экс-руководителя компании к субсидиарной ответственности.
ВС разъяснил, какая экспертиза не доказывает недействительность сделки
При рассмотрении споров о признании недействительным договора купли-продажи квартиры значение имеют только результаты комплексной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной в порядке гражданского судопроизводства, а не заключение эксперта, выполненное в рамках уголовного дела, разъясняет Верховный суд РФ.
Эволюция цифровой преступности: Сидоренко о 15 трендах Конгресса ООН
Цифровая преступность выходит за рамки отдельных видов правонарушений и превращается в самостоятельную индустрию с разделением труда, транснациональными сетями и устойчивыми каналами вывода доходов. При этом в преступные схемы все чаще вовлекаются люди, которые могут одновременно выступать исполнителями и потерпевшими — в частности, работники мошеннических центров, действующие под принуждением, а также денежные посредники.