МОСКВА, 30 апр — РАПСИ. Залог, возникающий в силу закона на основании статьи 73 (залог имущества) Налогового кодекса РФ, предоставляет налоговому органу статус залогового кредитора в деле о банкротстве, следует из тематического обзора Верховного суда (ВС) РФ о судебной практике по делам о банкротстве за 2025 год.
В рассмотренном деле о банкротстве юридического лица суд объединил два спора: заявление Федеральной налоговой службы (ФНС) об установлении залогового статуса ее требования в размере 109 миллионов рублей и заявление конкурсного управляющего о признании недействительным залога, установленного налоговым органом в отношении четырех объектов недвижимости и 153 единиц движимого имущества должника.
Суд первой инстанции удовлетворил заявление конкурсного управляющего и отказал налоговому органу. Суд апелляционной инстанции это решение отменил: заявление управляющего оставил без удовлетворения, а требование налогового органа признал обоснованным. Суд округа поддержал апелляцию.
Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ оставила судебные акты апелляции и суда округа без изменения. Коллегия указала, что ординарный залог, дающий приоритет в процедуре банкротства, возникает в силу договора или закона на основании пункта 1 статьи 334.1 (основания возникновения залога) Гражданского кодекса РФ. Пункт 2.1 статьи 73 Налогового кодекса РФ, введенный Федеральным законом от 29 сентября 2019 года № 325-ФЗ, прямо предусматривает возникновение залога в силу закона. Арест, наложенный налоговым органом в порядке статьи 77 (арест имущества) Налогового кодекса РФ, а также обеспечительные меры, примененные в соответствии со статьей 101 (вынесение решения по результатам рассмотрения материалов налоговой проверки) Налогового кодекса РФ, порождают на основании пункта 2.1 статьи 73 залог в силу закона. Результаты идентификации имущества подлежат обязательному раскрытию на официальном сайте ФНС в соответствии с пунктом 4 статьи 72 (способы обеспечения исполнения обязанности по уплате налогов) Налогового кодекса РФ.
Коллегия также отметила, что с учетом положений пункта 4 статьи 61.4 (особенности оспаривания отдельных сделок должника) закона о банкротстве основания для признания обеспечительных мер и возникшего залогового права недействительными сделками в данном деле отсутствовали.
