Можно ли лишить прав за отказ от освидетельствования, если водитель настаивает, что без очков не может подписать протоколы? Вправе ли кассация ужесточить наказание просто потому, что приговор кажется слишком мягким, без указания конкретных нарушений? Почему суд не может одновременно признать факт общественно опасного посягательства и отсутствие необходимой обороны? Кто должен отвечать за вред, причиненный решениями искусственного интеллекта (ИИ)?
Ответы на эти вопросы — в еженедельном дайджесте практики Верховного суда (ВС) РФ от РАПСИ.
Очки и затягивание
Агрессивное поведение водителя и активные попытки любым способом затянуть оформление документов для проверки на состояние опьянения трактуются как отказ пройти процедуру, напомнил Верховный суд РФ.
Жительницу Челябинска оштрафовали на 45 тысяч рублей с лишением прав на 1,5 года за отказ от медицинского освидетельствования. В жалобе она утверждала, что по ее внешнему виду нельзя было заподозрить опьянение, а без очков она не могла подписать протоколы. Сотрудники полиции неоднократно предлагали мужу автолюбительницы сходить за очками, но тот отказался, а сама женщина не выразила желания помочь и уточнить, где их искать.
Верховный суд оставил жалобу без удовлетворения, указав, что на видеозаписи есть фрагменты, на которых водитель ведет себя агрессивно, категорически отказывается и от проверки, и от подписи документов, а также перебивает сотрудников. Состав правонарушения является формальным, поскольку деяние считается оконченным с момента отказа, а наличие или отсутствие опьянения уже не имеет значения. Отказ может выражаться любым способом, который объективно исключает возможность проведения освидетельствования.
Взаимоисключающие параграфы
Если суд признал факт общественно опасного посягательства со стороны потерпевшего, то он не может одновременно сделать вывод об отсутствии у обвиняемого состояния необходимой обороны. В случае возникновения такого противоречия, оно неминуемо повлияет на юридическую оценку действий и потребует устранения, указал Верховный суд РФ.
Житель Тамбовской области осужден за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью соседу. Из материалов дела следует, что потерпевший схватил за шею сына осужденного, а отец, увидев это, нанес потерпевшему удары фрагментом шифера по спине и голове. Суды сочли, что фигурант действовал в обстановке конфликта, а его удары были ответом на противоправное посягательство, но при этом пришли к выводу об отсутствии необходимой обороны из-за несоответствия действий характеру посягательства. Кроме того, кассация исключила из доказательств показания ключевого свидетеля-очевидца.
Верховный суд направил дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. ВС указал, что признание общественно опасного посягательства порождает у лица право на необходимую оборону в силу статьи 37 УК РФ. Противоречие в выводах суда носит существенный характер и влияет на исход дела. Показания ключевого свидетеля при наличии противоположных показаний сторон подлежат полноценной проверке, а не исключению.
Поворот к худшему
Ужесточение наказания возможно, только если в ходе разбирательства были допущены нарушения, искажающие саму суть правосудия. При этом простого несогласия кассации с мягкостью приговора недостаточно, подчеркнул Верховный суд РФ.
Фигурантка дела о мошенничестве получила условный срок. Кассационный суд вернул дело в апелляцию, посчитав приговор слишком мягким: назначение условного наказания не соответствует степени общественной опасности преступления и будет воспринято обвиняемой как освобождение от заслуженного наказания. Апелляция направила дело в суд первой инстанции. Защита обжаловала эти решения, указав, что кассация формально сослалась на наличие оснований, но не раскрыла их и оставила без внимания смягчающие обстоятельства: двух малолетних детей, нетрудоспособную мать-пенсионерку, отсутствие отягчающих обстоятельств и положительную характеристику.
Верховный суд передал дело на новое кассационное рассмотрение. ВС указал, что предыдущие инстанции уже учли все обстоятельства и сочли условное наказание справедливым. Из кассационного определения непонятно, в чем выразилась переоценка обстоятельств и какие именно нарушения были допущены. Принятие немотивированного решения о повороте к худшему является существенным нарушением.
Цена после перестройки
Реконструкция предмета залога или его переработка в результате которых возникло новое имущество не означает гибели залога: в этом случае он сохраняется, отметил Верховный суд РФ.
Украинский банк выдал кредит компании «Золотой Экватор», а «Вест Ойл Групп» передала в ипотеку автозаправочную станцию в Крыму. После вхождения полуострова в состав России банк прекратил деятельность, а право требования перешло к «Фонду защиты вкладчиков». Суды взыскали долг суммой более 1,1 миллиарда рублей, но отказали в обращении взыскания на АЗС, сославшись на заключение эксперта о невозможности определить рыночную стоимость объекта. Здание было перестроено в новый комплекс с иными техническими показателями.
Верховный суд отменил акты в этой части и удовлетворил требование фонда об обращении взыскания. ВС указал, что закон об ипотеке не регулирует вопросы замены предмета залога, поэтому применяются общие правила ГК: при реконструкции или переработке залог сохраняется. Ответчик не ссылался на гибель или повреждение имущества, а экспертиза ставила вопрос только о рыночной стоимости, а не о гибели строения.
Арест акций госпредприятия
Акции предприятия-банкрота являются неликвидным активом, поэтому их арест не обеспечит исполнение решения о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, разъяснил Верховный суд РФ.
В деле о банкротстве АО «Башкиравтодор» кредитор потребовал арестовать акции должника, принадлежащие министерству имущества Республики Башкортостан (59,3%) и региональному фонду (28,7%). Суды трех инстанций приняли обеспечительные меры, посчитав, что это гарантирует исполнение будущего судебного акта о субсидиарной ответственности.
Верховный суд отменил обеспечительные меры и направил дело на новое рассмотрение, указав, что акции банкрота неликвидны и не могут обеспечить взыскание. Исполнение в любом случае будет производиться за счет средств бюджета субъекта РФ. Кроме того, арест акций препятствует поиску инвестора для оздоровления должника и проведению антикризисных мероприятий.
Дела об ИИ
Председатель Верховного суда (ВС) РФ Игорь Краснов поручил провести всесторонний анализ судебных дел, затрагивающих сферу использования технологий искусственного интеллекта, сообщили РАПСИ в пресс-службе высшей инстанции. Анализ коснется всех видов дел, включая все виды судопроизводства.
Особое внимание уделят выбору надлежащего ответчика по искам о вреде от ИИ, защите интеллектуальной собственности при обучении языковых моделей без согласия автора, оспариванию решений, принятых на основе предложений ИИ, фиксации правонарушений системами распознавания лиц, а также признанию доказательствами документов, сформированных искусственным интеллектом, и обжалованию судебных актов по мотивам использования судьей ИИ-инструментов.
