Рейтинг@Mail.ru
 

Публикации

"Право на забвение" в русском изложении

22:14 05/06/2015

Аркадий Смолин, собственный корреспондент РАПСИ

Законопроект о «праве на забвение» может быть рассмотрен в Госдуме уже на следующей неделе. Эксперты ожидают, что ко второму чтению он может измениться почти до неузнаваемости. Причина – развернувшаяся вокруг предлагаемых поправок в закон об информации, Гражданский кодекс (ГК), Кодекс РФ об административных правонарушениях риторическая баталия представителей крупных корпоративных интересов.

Ситуация усугубляется путаницей с целями, объектами применения и истоками законопроекта. Простым интернет-пользователям так и не было внятно объяснено соотношение предполагаемой пользы изменений по сравнению с новыми угрозами, из-за чего текст документа может быть принят в формулировках, удобных для узкого круга лиц.

Попробуем разобраться, что именно предлагают думские депутаты Алексей Казаков, Вадим Деньгин, Ольга Казакова и Леонид Калашников.

Плюсы и минусы

Народные избранники утверждают, что их проект позволит гражданам России требовать от поисковиков прекратить выдачу ссылок на «недостоверную, неактуальную или распространяемую с нарушением законодательства информацию». Поисковику планируется отвести три календарных дня на удаление ссылок или подготовку мотивированного отказа сделать это. Если запрос гражданина будет проигнорирован, ответственное физическое лицо или организацию накажут штрафом в 100 тыс. руб., при неисполнении решения суда сумма штрафа может дойти до 3 млн. руб.

При этом добиться удаления ссылок на информацию о событиях, содержащих признаки уголовно наказуемых деяний, будет невозможно, пока не истекут сроки привлечения к ответственности. Также останутся в открытом доступе ссылки на сообщения о совершении гражданином преступления, пока его судимость не снята или не погашена. Из-под действия закона также планируется вывести специализированные ведомственные информационные системы (например, открытые базы налоговиков и судебных приставов).

Соответственно, любой компромат, содержащий признаки преступления, останется в сети. С другой стороны, это уточнение теоретически должно помешать зачистке своей биографии начинающим политикам и другим публичным персонам с криминальным бэкграундом.

Бесспорным достоинством документа является то, что его авторы пытаются дать общее определение интернет-поисковикам и их операторам. Под поисковиками предложено понимать информационные системы, ищущие в интернете сведения по запросу пользователя и предоставляющие ему ссылки для доступа к ней.

Операторами поисковиков предложено считать лиц, которые обеспечивают их работу.

Однако и тут есть подвох: к числу поисковиков не отнесены «информационные системы, имеющие общегосударственное значение», что снимает с них обязанность удалять ссылки по запросу простых граждан. Кроме того, определение «поисковика» в нынешней редакции проекта настолько широкое, что под него может подпасть любой сайт с окошком поиска, в том числе и СМИ со своими архивами.

Эта лакуна нивелирует гарантии депутатов, что законопроект не затрагивает вопросов свободы слова, поскольку «возможность удаления ссылок из поисковых систем не предполагает ее удаления из первоначальных публикаторов». Официально удаление публикации с сайта СМИ возможно только после специального решения суда. Но размытость определения «поисковика» может привести к тому, что по новому закону будут удаляться ссылки на новость или заметку даже на сайте самого медиа.

Требовать удаления ссылок на информацию о себе пока в теории смогут лишь физические лица. Юридические лица в проекте не упоминаются вовсе. Что, по задумке, вероятно, должно ограничить влияние пиар-служб богатых корпораций на свободу слова в интернете.

Однако ко второму чтению прогнозируется изменение этого пункта. Ограничение возможностей юрлиц развязывает руки для мошеннических запросов, незаконной конкуренции. Заявители (сотрудники конкурирующих фирм в качестве физлиц) могут попросить владельцев сайтов удалить данные, представившись другими людьми. Причем эта якобы несоответствующая действительности информация может являться узловым элементом рекламной кампании или позиционирования себя фирмой в сети.

Зато проект наделяется российские суды правом рассматривать дела с участием иностранных лиц. Так что, наши сограждане могут надеяться на полное удаление ссылок из всех поисковиков, включая даже Google, не переводя судебный иск на иностранные языки.

Беда в том, что нет никаких твердых критериев, что считать недостоверной информацией. Согласно законопроекту, в заявлении об удалении ссылок человек должен будет только определить, доступ к какой именно информации хочет убрать с глаз долой, и представить в свободной форме основания для этого. Без судебного решения поисковик обязан верить заявителю на слово. Причем вариантов, как исправить «ошибку» по неоправданному удалению ссылок, документ не предлагает. Владельцам сайтов не предоставляется никакой возможности оспорить исключение ссылок из поисковой системы. Угроза нечистоплотной конкурентной борьбы (особенно в медиа-сфере) после принятия закона в такой формулировке пока кажется неизбежной.

Актуальность

Особый интерес вызывает причина появления этой идеи именно сейчас. Формально острой потребности в скором принятии законопроекта нет. Сегодня у российских пользователей уже имеются инструменты для удаления информации о себе в Рунете.

Благодаря статье 152.1 Гражданского кодекса (ГК) РФ гражданин может через суд потребовать удалить сведения, которые распространились по интернету, добиться опровержения «способом, обеспечивающим доведение опровержения до пользователей». Если информацию признали незаконной, поисковик ее перестает индексировать. К этой норме законопроект добавляет, по сути, лишь штрафы при отказе удалить ссылку по требованию пользователя.

С другой стороны, известно, что рассмотрение подобных исков в российских судах затягивается иногда на годы (возможно, именно поэтому случаи обращения в суды по статье 152.1 ГК РФ пока единичны). Принятие нового закона может стимулировать развитие досудебной процедуры.

Кроме того, есть Роскомнадзор, который получает десятки тысяч обращений о нарушениях, связанных с персональными данными. Наконец, есть множество специализированных фирм, которые за определенную плату готовы обеспечить эффективный результат в понижении места выдачи неприятного результата в списке на странице поисковой системы, и даже полном его исключении.

Так что инструменты для удаления нежелательной информации из поисковой системы в России сейчас существуют. Тем не менее, ряд депутатов настойчиво пытается упростить и даже автоматизировать этот механизм. Актуальность идеи они связывают с решением Европейского суда, который 13 мая 2014 года постановил, что поисковые операторы должны по запросу удалять с серверов устаревшие, не соответствующие действительности или утратившие актуальность личные данные.

Авторы документа утверждают, что документ согласуется с общеевропейской практикой решения таких вопросов и будет способствовать более полной и своевременной защите чести, достоинства и деловой репутации граждан.

Действительно, «право быть забытым» входит в число пяти основных правил обнародованного Европейской комиссией в 2012 году законопроекта «О защите персональных данных». Этот документ призван был заменить действующую с 1995 года "Директиву о защите данных".

Суть проекта лучше всего сформулировала его автор - комиссар ЕС по юстиции, фундаментальным правам и гражданству Вивиан Рединг, которая вознамерилась создать с помощью этой реформы единый цифровой рынок, доступный и понятный как для компаний, так и для частных лиц.

«В современном мире персональная информация стала валютой единого цифрового рынка, и как любая валюта, она должна быть стабильной и заслуживающей доверия. Только если потребитель будет уверен в том, что его персональные данные надежно защищены, он будет доверять компаниям и государственным учреждениям и пользоваться предлагаемыми ими интернет-сервисами…» - заявила Рединг.

Реформа под названием «О защите персональных данных» должна была устранить излишние административные процедуры и снизить затраты на ведение документации благодаря принятию единого документа, который даст возможность вести бизнес на едином внутреннем рынке ЕС.

Таким образом, «право быть забытым» это не социально-гуманистический концепт в чистом виде, а элемент сложной экономической модели, способствующей развитию бизнеса и экономики. Гарантируя более высокий уровень защищенности конечным пользователям, это право внушает потребителям, что они будут получать полную и корректную информацию и, соответственно, повышает лояльность как к рекламе в поисковой системе, так и к самой системе в целом.

Насколько это соответствует экономическим интересам России в целом, или отдельных ее наиболее предприимчивых представителей в частности, пока непонятно. Депутаты этот вопрос игнорируют.

Зарубежный опыт

Возможно, российские парламентарии сознательно не стали оперативно следовать за европейской инновацией, чтобы за год ее работы оценить все слабые и сильные стороны новой правовой нормы.

А проанализировать там есть что. Как раз в тот момент, когда наши депутаты обнародовали свой проект, Google предоставил первые данные об удалении частной информации. С 29 мая 2014 по 31 мая 2015 года компания по просьбам европейских пользователей удалила 334,3 тысячи URL-адресов, исполнив тем самым 41,3% от общего числа запросов. То есть более половины заявок юристы и инженеры корпорации Сергея Брина признают не заслуживающими удовлетворения.

Такой результат был во многом предопределен формулировкой Европейского суда, который подчеркнул, что «право на забвение» не абсолютно, и в каждом конкретном случае необходимо оценивать баланс частных и публичных интересов, а также учитывать необходимость защиты таких фундаментальных прав, как свобода слова и права СМИ.

Надо полагать, что российские депутаты учли этот «ошибочный» опыт избыточной демократии. В результате чего, самым заметным российским «усовершенствованием» стало предложение по обязательному удовлетворению, по умолчанию, едва ли каждого запроса. Еще большее беспокойство вызывает тот факт, что «право на забвение» в российской трактовке получило более широкое толкование. Предполагается, что поисковики должны будут удалять не только недостоверную и устаревшую информацию, но и ту, что «распространяется с нарушением действующего законодательства».

Таким образом, депутаты пытаются возложить на сотрудников поисковых компаний обязательство самостоятельно оценивать информацию на соответствие нормативам, со всеми вытекающими для них (в случае ошибки) последствиями.

Крупнейший российский поисковик «Яндекс», в этой связи, выступил категорически против законопроекта, заявив, что он нарушает конституционное право граждан на поиск информации и доступ к ней, создает почву для многочисленных злоупотреблений.

По мнению представителя «Яндекса», законопроект возлагает на операторов поисковых систем несвойственные им функции госорганов. В частности, операторов поисковых систем обязывают самостоятельно определять достоверность информации, размещенной в интернете, законность ее распространения, а также наличие в тех или иных событиях признаков преступлений, давать юридическую квалификацию подобным действиям и определять сроки давности привлечения к уголовной ответственности.

Перспективы

Еще год назад исполнительный директор Google Ларри Пейдж предупреждал, что широкое распространение «права на забвение» может навредить инновациям и сыграет на руку авторитарным режимам. Под последними Пейдж подразумевал не столько государственные власти, сколько секты и организации, занимающиеся не совсем законной деятельностью. Например, не так давно Церковь сайентологии и клиент файлообменной сети KaZaA использовали заокеанский Закон об авторском праве, чтобы потребовать от Google удалить ссылки на неприятные им материалы.

Однако принятие подобного закона – мера в современном мире все-таки необходимая. Ведь все большее распространение получает целая индустрия киберпреступности, связанная с воровством данных через облачные сервисы, из почтовых ящиков, соцсетей, которое очень часто сопровождается угрозами выложить компромат в интернете.

Основная же проблема, по всей видимости, состоит в том, что локальный закон априори не способен создать серьезную преграду преступникам. Как показывает российский опыт борьбы с пиратством, сразу же найдутся способы обходить его с помощью «зеркал», анонимайзеров и т.д. Надежду на успех может дать только единое международное законодательство по зачистке интернета. А конфликтующие с европейскими аналогами формулировки нынешнего российского законопроекта заведомо лишают его шанса на жизнеспособность.

Пока же проект больше похож на элемент классового разделения (инструмент, который работает только после подзарядки финансовыми или статусными токами), чем на общегражданский закон. И в нынешней формулировке в качестве повода для его появления на память приходит скорее не постановление Европейского суда от мая прошлого года, а история Григория Неклюдова - от мая 2015-го.

Хочется надеяться, что ко второму чтению, после исправления ошибок и опечаток это ощущение развеется.

добавить в блогпереслать эту новостьприслать свою новостьдобавить в закладкиrss канал
Добавить в блог
Чтобы разместить ссылку на этот материал, скопируйте данный код в свой блог.
Код для публикации:
Как это будет выглядеть:

"Право на забвение" в русском изложении

22:14 05/06/2015 Законопроект о «праве на забвение» может быть рассмотрен в Госдуме уже на следующей неделе. Эксперты ожидают, что ко второму чтению он может измениться почти до неузнаваемости. Причина – развернувшаяся вокруг предлагаемых поправок в закон об информации, Гражданский кодекс (ГК), Кодекс РФ об административных правонарушениях риторическая баталия представителей крупных корпоративных интересов.
Переслать новость

Все поля обязательны для заполнения!

Прислать свою новость

Все поля обязательны для заполнения!

Главные новости