Рейтинг@Mail.ru
 

Публикации

Мораторий не панацея. Исторические хроники РАПСИ

10:00 10/05/2018

Алла Амелина, депутат Госдумы РФ первого созыва, журналист, сопредседатель историографического сообщества «Политика на сломе эпох»:

Закрытие и перепрофилирование детских садов, клубов, домов престарелых и прочих «объектов соцкультбыта» было реальной проблемой 90-х. Предприятия массово освобождались от непрофильных активов, передавая их на баланс муниципалитетов. А у муниципалитетов не было средств на содержание этих объектов, и они чаще всего переходили в собственность коммерческих структур.

Попытку изменить ситуацию предприняли депутаты Госдумы второго созыва. Два комитета - по собственности, приватизации и хозяйственной деятельности и по делам женщин, семьи и молодежи в 1996 году внесли проект закона «Об особенностях распоряжения и пользования объектами социального назначения».

Отметим, что к тому времени уже действовали указ президента РФ 1993 года, в соответствии с которым при приватизации государственных предприятий по решению их трудовых коллективов в состав приватизируемого имущества включались объекты социального назначения с обязательным условием сохранения их профиля. Сохранение профиля объектов социальной сферы было предусмотрено и в специальном постановлении правительства РФ в случае их передачи в ведение местных органов власти. Однако сложная экономическая ситуация диктовала свои правила.

Какие же меры предлагали депутаты для изменения положения? Об том в октябре 1996 года докладывал один из авторов законопроекта, председатель Комитета ГД по собственности, приватизации и хозяйственной деятельности Павел Бунич (НДР). Сделав оговорку, что речь идет лишь об объектах, предназначенных для детей и престарелых, он отметил очевидный факт — «изничтожение» этих объектов идет по двум причинам: отсутствие средств на их содержание и коммерческая выгода от перепрофилирования.

Инициаторы закона предложили установить постоянный мораторий на перепрофилирование соцобъектов применительно к акционерным обществам, «которые могут без этого закона делать с этими учреждениями все, что только им заблагорассудится». То есть, уточнил Бунич, «нас не интересует в данном случае вопрос, приватизировано или не приватизировано. Мы говорим о другом. Приватизировано - это вовсе не означает, что должен быть изменен профиль данных объектов. Ни в коем случае».

Понимая необходимость наличия соответствующих средств, авторы проекта предусмотрели некие рычаги для того, чтобы такие средства появились. В частности, устанавливалось, что эта область затрат имеет приоритетное значение. То есть «деньги есть - распределяйте приоритетно. Денег нет - ну что ж, нечего делать».

В ходе обсуждения депутаты отмечали, что название проекта закона шире его содержания. И тогда непонятно, почему в него не включены такие социальные объекты как, например, дома быта, бани или прачечные. На что Павел Бунич ответил, что в случае расширения сферы действия закона «это будет закон, который еще труднее исполнять, а может быть, и совсем невозможно».

Прямо поставил вопрос Александр Елисеев (КПРФ). Отметив, что «...в Ростове проблема с теми же ростсельмашевскими детскими садиками. Их заставляют передать в муниципальную собственность, и потом в кратчайшие сроки вместо детских садиков создают там любые конторы вплоть до кооперативов, которые изготавливают гробы», он поинтересовался, правильно ли понял, что в случае принятия этого закона он не позволит в дальнейшем так поступать?

Ответ Бунича был несколько обескураживающим: «По идее, не должен позволить. А что будет твориться в жизни? Я, конечно, сильно сомневаюсь...»

Тем не менее, законопроект был принят в первом чтении большинством в 331 голос.

Второе чтение состоялось спустя полтора года, весной 1998-го. Какие же существенные изменения претерпел за это время законопроект? Прежде всего, было снято замечание, что он фактически расширяет сферу приватизации объектов социально-культурного назначения. В текст включили дополнение о том, что все ограничения на приватизацию объектов социального назначения, которые существуют во всех законах, и нормативных актах, с момента принятия этого закона полностью сохраняют свою силу.

Второе дополнение касалось капитального ремонта — дескать, закроют эти объекты и будут годами их ремонтировать. Авторы включили дополнительную статью, где говорится, что капитальный ремонт производится только по нормативным срокам или в течение времени, которое устанавливается по согласованию с органами местной власти.

По словам Бунича, по одному важному вопросу остались расхождения, потому что существуют разные точки зрения, можно ли устанавливать запрет на перепрофилирование (в чем, собственно, и состояла суть законопроекта). Аргументация авторов — «куда хуже будет, если не будет этих запретов, это будет хуже даже, чем любая приватизация, потому что сделают все, что хотят».

Странно, конечно, что такой экономически бессмысленный и юридически неточный законопроект внес и отстаивал профессиональный экономист Павел Бунич. Тем не менее, Госдума, периодически ссылаясь на интересы стариков и детей, приняла этот закон во втором и вскорости — в третьем чтениях.

А вот Совет Федерации закон отклонил. Этому предшествовала непродолжительная дискуссия, в ходе которой одни сенаторы говорили, что надо голосовать «за», поскольку этот закон «позволит остановить набирающий силу процесс разрушения системы предоставления социальных услуг»; другие были категорически против, потому что он «разрешает самые изощренные формы приватизации объектов социально-культурной сферы».

Для понимания исторического контекста выразительным было выступление губернатора Тюменской области Леонида Рокецкого, заявившего, что не чувствует «острой, первоочередной потребности иметь такой закон и по нему действовать. Все, кто располагает больницами, детскими садами, пытаются их отдать, есть соответствующий закон или его нет. А мы сейчас хотим, чтобы был еще закон, по которому они это отдавали бы. Я и так не знаю, что делать с геологами, нефтяниками, чтобы они хоть год, хоть полгода подержали у себя санатории, больницы, поликлиники».

Закон отклонили, создали согласительную комиссию, и в июле 1998 года вынесли новый вариант на рассмотрение Госдумы. Павел Бунич отметил два согласованных вопроса. Во-первых, было обозначено, что речь идет о запрете перепрофилирования соцобъектов только для тех предприятий, которые уже приватизированы, а также добавлены некоторые учреждения другого статуса — в частности, вузы. Вторая поправка, отнесенная докладчиком к числу существенных, предписывала разработать федеральный закон, определяющий социальные нормативы (необходимое количество школ, детсадов, больниц и пр.)

Согласованный вариант закона «Об особенностях распоряжения и пользования объектами социального назначения» был принят конституционным большинством. Что не помешало Совету Федерации вновь наложить на него вето. По мнению сенаторов, в закон не было внесено концептуальных поправок, и он сохранил практически все положения, которые явились основанием для его предыдущего отклонения.

Спустя два года после принятия закона в первом чтении, в октябре 1998 года Госдума рассматривала закон в прежней редакции. При этом Павел Бунич почему-то заявил, что отклонение закона не было ничем аргументировано. Вето Совета Федерации преодолели легко. Но Президент РФ закон «Об особенностях распоряжения и пользования объектами социального назначения» не подписал.

Весной 1999 года была подготовлена новая редакция закона — с учетом предложений Президента РФ. Однако она «зависла», и до конца полномочий депутаты второго созыва к этому вопросу не возвращались. А Госдума третьего созыва в 2001 году сняла закон с рассмотрения «как не имеющий перспективы принятия». И вновь — конституционным большинством.

добавить в блогпереслать эту новостьприслать свою новостьдобавить в закладкиrss канал
Добавить в блог
Чтобы разместить ссылку на этот материал, скопируйте данный код в свой блог.
Код для публикации:
Как это будет выглядеть:

Мораторий не панацея. Исторические хроники РАПСИ

10:00 10/05/2018 Закрытие и перепрофилирование детских садов, клубов, домов престарелых и прочих «объектов соцкультбыта» было реальной проблемой 90-х. Предприятия массово освобождались от непрофильных активов, передавая их на баланс муниципалитетов. Попытку изменить ситуацию предприняли депутаты Госдумы второго созыва.
Переслать новость

Все поля обязательны для заполнения!

Прислать свою новость

Все поля обязательны для заполнения!

Главные новости